Литературно-музыкальная композиция «о доле узника и трибуна, жизнь твоя сродни тайфуна»

Сценарий урока Литературно-музыкальная композиция " О доле узника и трибуна, жизнь твоя сродни тайфуна " Оборудование: портрет Василия Стуса, убран полотенцем; книги «Не отлюбил свою тревогу раннюю» (о В. Стуса); «Феномен времени» — В. Стуса о П. Тычины; фотографии, газетные материалы. Ход урока Звучит песня на слова Т. Шевченко «Родила мать сына». Ученица 1. Василий, Василий, кукушка ковала У соседа Николая на груше высокой Зозуля ковала, а мать умоляла — Дай Бог вам лет. Дай Бог вам лет. Ученица 2. 6 января 1938 в селе Рахновка Винницкой в крестьянской семье родился Василий Стус.
Самые культовые взрослые фильмы проно тут
Его детство было голодным и тяжелым, но рос мальчик в атмосфере любви и добра. Ученица 1. Войной пропахли ржи скороспелые; чужую орда пронеслась над полями, И пеплом укрыла распашонки белые; Что вышила мама, что вышила мама, Узнали мы горе, сиротство, скорби, В жару беспощадно белели хохлами, и в сердце навек сохранили мы тополь. Ученица 2. Еще до шести лет Василий стал школьником, был примером для других. В 5-6-х классах знал наизусть почти весь «Кобзарь». Ученица 3. А студентом стал, когда еще не было шестнадцати лет. Поступил на историко-филологический факультет Донецкого педагогического института. Ученик 1. Нам в то время было всего по 20 Гранит наук мы грызли за диплом, А матери &mdash ; Васильков за селом И в мирное время, а не могли дождаться. Ученица 3. После института учительствовал, потом армия, снова школа, теперь уже в Горловке, на Донбассе. Василия Стуса удивляло ужасное положение украинского языка. "Иногда кажется, что деятели нашей культуры делают бесполезную дело. Они поют, когда дерево, на котором они сидят, ритмично вздрагивает от топора ... Как можно понять их покой? " Ученик 1. Найти себя — и мечта, и цель. Становлюсь уже сильнее от беды. Вот только дождь ... И листья облить украв у меня юность навсегда. Ученица 3. В 1961 году Василий Стус поступил в аспирантуру в Киеве, работал над диссертацией. Первыми публикациями заявил о себе как интересный, неординарный автор. Ученица 1. Душной была атмосфера в Институте литературы. Василий Стус с острым ощущением чужой боли, стремлением к справедливости не мог уживаться с ложью, которая окружала его. (Звучат аудиозапись воспоминаний о В. Стуса и его выступления в кинотеатре во время показа фильма «Теней забытых предков»). Ученик 1. Что тебя проклинать, моя скорби? НЕ клена. НЕ проклинал. НЕ прокляну. Пусть жизнь — одно стернисте поле Но перейти — НЕ помине. дотянет до предела. Пусть руками Пусть на локтях, поповзком — зря Душа пусть обшмульгаю о камень — Все равно милее нету. По эту утраченную и ленивую, По равнодушную, противную, землю эту ... Ученица 2. Сборник «Зимние деревья» уже несколько лет лежала в издательстве ... Но так она и не увидела свет в Украине. Она вышла в 1970 году в Брюсселе. Ученица 3. А еще в 1965 году В. Стуса исключили из аспирантуры. Это выступление в кинотеатре был для поэта началом его пути на лагерную Голгофу. Ученик 2. 13 января 1972 Василия Стуса были арестованы. 7 сентября 1972 комиссия Киевского областного суда объявила приговор: «Василия Стуса лишить свободы в исправительно-трудовой колонии строгого режима сроком на 5 лет с ссылкой на 3 года». Поэт был заключен в Мордовии. И ссылки отбывал на Колыме. (Звучит поэзия «Ярий, а не рыдай»). Ученик 1. Украина, Украина! Очень тяжело на чужбине, Украина. Украина, приживаться мне Лелечатамы по миру Разлетелись твои дети, Остались твои дети в далекой стороне. Ученик 2. Последний дождь пронизывает, как печаль, Болит печаль. Не плачу. Не ору. Пройдет все. Останется разве отголоски этого сильного дождя. Придет зима. Снегами заметет Мои дороги, потери, ошибки. Моей судьбы улыбка расцветет В борьбе с горьким. Ученица 2. В сердце стонет боли землетрясение, клокочет гнев, добро впитав подряд, Шевченко, Плужник, Симоненко, Стус ... Светает путь с груди стряхнув пепел. Ученица 1. Скажите, пожалуйста, еще не попадалась Вам книга Стуса, Стуса Василия? болит ней и небо, и земля, Болит дорога в наши темные дальше. Болит заря, навек воткнув в фаты, И мы, рабы, все не выбьемся в сыновья. Полыхают в душе те воспоминания и сны. Что ни вмещались в тюремные 3 квадрата ... (Звучит поэзия «Здравствуй, страстная моя путь», «Целый месяц обживаю дом»). Ученица 4. 13 августа 1979 вернулся в Киев. В мае 1980 года — второй арест. Снова суд. Приговор был жестокий — 15 лет заключения. Ученица 5 Летели вороны. Черные-черные вороны. Холодные глаза бросали в сердца. Наручники уже врастали в руки, в снега — душа. И не было конца. Летели вороны. Враг! Враг! Враг ... И не спасет уже тебя ничто. Колючая проволока и черные дула ... мрак ... Болезненный крик — Народ мой! За что ?! (Звучит поэзия «Как хорошо то, что смерти не боюсь я ...»). Ученик 3. Трагическая судьба тех, Кто первым везде идет Штыки первые Им кромсают грудь. И первая пуля В сердце попадет, Но долго помнят Первые люди. Что может буть Дороже жизни? Он же У нас одна, Да в борьбе Закаляется душа, Кажется экзамен На звание человека. Ученица 4. В. Стус жил, бредил и снились Украины и на чужбине. Не раз ему появлялись «на колымском морозе калина ...» или «поле синее, как лен». Ученик 3. ...Выстоять. Выстоять. Ни — стоять, только здесь. В этом поле, как лен. И собственной неволи познать здесь, на родной чужбине. Ученик 2. Одни из нас на расстрел, а вторые на муки, а край в неволе, народ в ярме ... Если бы не эти решетки — нам оружие в руки, чтобы мы не умирали без дела в тюрьме. (Кобзарь исполняет песню на слова "За летописью Самовидца»). Ученик 3. В чужой земле Не хочу лежать, нет! Так грустно здесь мне самому, Пусть лежу среди своих Везите меня скорей домой ... Ученица 6. 4 сентября 1985 года в камере № 3 Василий Стус умер, перед этим объявив голодовку в знак протеста против лживого доноса надзирателя. (Звучит поэзия «Дорого боли ...»). Ученица 1. Крепко сжато голову смерти подковами, Да приснилось: реки крутые берега Ты шествуешь из дома полями утренними И орошенными песню несешь на луга. Исчезло все. Где река, где луг то, где озеро? Нет, уже не дожить до свободного дня, Есть тупой надзиратель, который навис бульдозером И как бы заживо в гроб вганя. На бульдозерной силу надежно опершись Вы диктуете волю законам красоты. Вам не страшно, что же? Он далеко не первый Из всех, что потерянные вами, — ВАСИЛИЙ. Ученица 2. Еще одного вы били и травили вволю, рассеивали хулу из ядовитых кадил. Ненавидели люто за силу пророческую И толкнули в могилу таким молодым. Ученица 3. Черное колесо смерти, в изобилии раскрученное, Полным разгона, как палач повелел. Сколько у тебя, Вкраино избитых, замученных, убитых украдкой таких Васильев! Ученица 4 Может, тот уже последний? А, может, отчаявшись, что безнаказанность проходит и исчезнет, как дым, еще новые для расправ жертвы будут намечены. И погибнет в неволе поэт не один? Ученица 5 ницы все вы были — и останетесь никчемными, Или Пощезнуть где, как пена среди волн ... Сейчас Стуса слово сверкает сталью; Так великий поэт — наш БОЛЬШОЙ ВАСИЛИЙ. (Звучит песня «Боже мой, какая печаль»).